Karl Jaspers ein Selbstportraet

“Я думаю, все мы граждане Германии, а потом – профессора.

И как граждане мы должны высказать свое мнение”.

Макс Вебер призвал к пассивному сопротивлению и партизанской войне,

“грудью встать на защиту Родины”.

Я сказал: “Я лично к этому не готов по состоянию здоровья.

Я не могу решать за других;

но те из вас, кто хотят сейчас протестовать
(на бумаге это выглядит просто), должны искать правовые пути против Версальского договора с помощью переговоров”.

Я проголосовал за то, что наш университет протест не подписывает.

Я оказался в меньшинстве.
Все были согласны, но я остался один.

Второй пример.

Случай с Гумбелем, 1924 год.

На собрании участников войны, тысяча человек, профессор-фронтовик Гумбель встал и сказал:

“Несчастные люди. Я не хочу сказать, что они пали во время войны на полях бесчестья, но они погибли ужасной смертью”.

Это высказывание вызвало возмущение профессуры Гейдельберга.

Они били себя в грудь и кричали:
“Какое оскорбление, какая наглость”.

Один кричал: “Я не для того воевал, чтобы слышать такое!

Несмотря на высказывания г-на Ясперса, которые я, хотя и уважаю, но которые в данном случае нас не касаются, нужно проверить, не наносит ли это высказывание ущерб государству”.

Мы организовали комиссию, опросили множество участников войны.

Все без исключения подтвердили, что их не оскорбили слова Гумбеля.

Эти слова скорее задели профессуру, чем простых участников войны.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17